Кирсан Илюмжинов: «В Америке мне удивлялись — первый раз санкционный подозреваемый сам пришел»

Бывший президент Калмыкии Кирсан Илюмжинов, с 1995 года возглавляющий ФИДЕ, дает большое интервью «Матч ТВ».

  • Можно ли выиграть суд у правительства США
  • Как выглядит уведомление о включении в санкционный список
  • О чем Илюмжинов разговаривал с Муаммаром Каддафи
  • Из-за чего плакал самый странный чемпион мира по шахматам Бобби Фишер
  • Сколько миллионов Илюмжинов потратил на шахматы

— Интересный у вас телефон — винтажный.

— А у меня, видите, и компьютера нет. Даже не знаю, как там включать-выключать. Этим телефоном пользуюсь 19 лет — и номер с 1996 года один и тот же. Он у Генри Киссинджера записан, у Ричарда Гира, у Далай-ламы. Муаммар Каддафи его тоже знал. 200 стран!

— За 19 лет не было ни одно момента, когда телефон терялся?

— Один раз его в самолете забыл, когда в Нью-Йорк летал. То, что сам никому не мог позвонить — это ладно, тут меня выручили. Но ведь и мне звонят! Мой рабочий день — с 7 утра до 3 ночи, остальное — личное время. Так с МГИМО еще сложилось. Я ни разу в жизни не был в отпуске и не брал выходных.

— Самый неожиданный звонок, который вы получали на этот телефон?

— Однажды я поехал посмотреть, как в Иерусалиме сходит благодатный огонь. Простоял всю ночь, народ уже засыпать начал, какая-то драка между верующими началась… А в 6 утра меня будит звонок одного президента: «Христос воскрес!» Я удивляюсь, конечно, но отвечаю: «Спасибо». А он смеется: «Воистину воскрес!» Думал, розыгрыш. Потом еще спрашивает: «Ты где сейчас?» Я говорю: «Да вот, в Израиле». Тут его вообще порвало!

— По миру на личном самолете летаете?

— Был «Фалькон-2000», я его продал, чтобы построить самый большой буддистский храм в Европе — обещал Далай-ламе. 64 метра, 12,5-метровый золотой Будда. Сначала 200 миллионов послал — не хватило. Вот и продал.

— Калмыцкий Новый год. Что это такое и чем он отличается от обычного праздника?

— Он привязан к тибетскому Новому году — Далай-лама всегда был духовным лидером калмыков. Точная дата праздника определяется по лунному календарю, каждый год она разная.

Помню, когда мы были маленькие, вставали в 6–7 утра, надевали пальто, где побольше карманов, и ходили из дома в дом — набирали сладости. В жилищах — там, где стоит Будда — обычно зажигается лампадка и вспоминаются умершие. Всегда пекутся борциги — это когда в раскаленное масло опускают тесто и делают разные фигурки. У нас, кстати, говорят, что наступил год курицы, а не петуха.

Обязательно должен быть калмыцкий чай — такой прессованный, он раньше рубль двадцать стоил. Бабушка за ним в магазин посылала. Как готовить? Берется трехлитровая кастрюля, туда наливается вода — чуть меньше чем наполовину. На трехлитровую кастрюлю нужна жменька чая, в каждой калмыцкой семье есть небольшой топорик, чтобы покрошить его. Минут 5 чай кипит, вода становится бурого цвета, после этого туда добавляется литр-полтора молока. Огонь выключается, в чай добавляется жменька соли, чуть-чуть масла и мускатный орех. В конце бабушка брала половник, черпала воды и выливала ее обратно. Так нужно сделать 108 раз — потому что по буддизму человек проживает 108 жизней. Плюс, когда это делаешь, чай обогащается кислородом. Утром попьешь его — и можешь полдня бегать.

— Футболисты в «Уралане» этот чай пили?

— Пробовали. Я знаю, что Пушкину не понравился. Отец Ленина Илья Николаевич Ульянов только калмыцкий чай и пил. Менделеев пил, у него бабушка-калмычка. Лавр Корнилов тоже. Борису Спасскому нравилось. Газзаеву.

***

— Карлсен и Карякин — это Месси и Роналду в мире шахмат?

— Карлсен — это реальный топ, остальные рядом. Он — норвежский бульдозер, на полголовы впереди всех. Но все равно Карякин одержал очень важную победу — в восьмой партии чемпионского матча, когда после семи подряд ничьих выиграл черными. Карлсен был в шоке, с пресс-конференции сбежал. А потом чуть не проиграл девятую партию.

Помню, в 2004-м мы проводили в Триполи чемпионат мира по нокаут-системе, это было первое официальное появление Карякина. Он и Карлсен — мои номинанты, я давал им wild card, когда они были мальчишками. И болею за обоих. Чтобы вы понимали: за места на турнирах идет драка, каждая федерация просит за своих игроков. Но решение принимаю только я — мне приносят папки с досье. Плюс, могу узнать мнения у знакомых шахматистов и журналистов.

— Где вы смотрели решающую партию матча Карякин — Карлсен?

— Мотался между прямыми эфирами. Впервые за 92 года президент ФИДЕ не принимал участия в матче за звание чемпиона мира, представляете? 24 ноября 2015-го меня включили в санкционный список — из-за связей с руководством Сирии, которые я не скрывал. Мы с Башаром Асадом открывали в Дамаске трехэтажный шахматный центр, я подарил туда тысячи шахматных досок, учебники.

Когда включили в список, я выразил недовольство. Стал первым из 10 тысяч санкционных, начиная с Фиделя Кастро, кто подал на них в суд. И попросил открытое разбирательство — с журналистами и пресс-конференциями. Они после такого выпали в осадок. По закону в американском суде тебя должны защищать американские адвокаты. Я целый месяц искал тех, кто согласится. 23 февраля одна крупная адвокатская компания наконец получила лицензию от Минюста на защиту санкционного подозреваемого.

Но самое главное — нужно было получить на руки само дело, так называемый кейс. Никому до меня их не выдавали.

— Что в этом кейсе?

— Да вот он, можете сами его изучить. Они решили не адвокатам отослать, а лично мне — даже спрашивали для этого юридический адрес. 46 страниц! Посмотрите — 8 июня отправили, полтора месяца шло. Я говорю: вы что, кораблем отправили? Но самое интересное — я попал в список на основании статей Guardian, высказываний Гарри Каспарова и еще каких-то выписок.

— Так в чем конкретно вас обвиняет Минфин США?

— В том, что я знаю двух человек: министра экономики Сирии и президента сирийской шахматной федерации. Я просил их отправить в США все необходимые фотографии, счета из гостиниц, письма сирийских детей… Потом еще на 200 вопросов специальной анкеты пришлось ответить. Вопросы такие — что в сентябре 1999 года я делал в Лас-Вегасе? Какое отношение это имеет к Сирии? Но ничего, ответил — открывал с Биллом Клинтоном чемпионат мира по шахматам.

— Какой вопрос больше всего удивил?

— Пришло письмо от Генерального консула США: дайте нам список стран, которые вы посетили с 2000 года — с подтверждениями. У меня пять человек неделю считали! 1200 поездок получилось — в среднем 80–90 за год. Около 30 паспортов перебрали — хорошо, что копии хранились.

— В какой стадии разбирательство сейчас?

— После выборов президента не отвечают. Я им номера телефонов дал — говорю, хотите — прослушивайте. Хотя они, наверное, давно уже… Мне адвокаты говорят: может они с ФБР консультируются, с ЦРУ? Тогда я написал письмо директорам ФБР, ЦРУ и госсекретарю Керри: готов пройти проверку на детекторе лжи. Через неделю отвечают: нет необходимости.

После этого я решил спровоцировать ситуацию и купил билет американской авиакомпании «Дельта». Адвокаты отговаривали — говорили, что меня могут арестовать за нарушение границы. Так я и хотел открытого процесса! Писал: прошу американское правосудие защитить меня от произвола американских чиновников согласно биллю о правах человека.

В общем, купил билет, виза у меня до 2018 года. И когда уже проходил контроль в аэропорту, подошли два человека «Дельты», извинились и отдали деньги за билеты. Я говорю: «Подождите, а основания?» — «Господин Илюмжинов, ну вы же политик. Была команда». А я ночью всех в Америке обзвонил и сказал: завтра в 10 буду стоять на проходной со своими документами. Замминистра финансов США говорит моему адвокату: «Илюмжинов — crazy? Первый случай за 12 лет, чтобы санкционный подозреваемый сам пришел». Ребята смеялись — «Ты как на разборки собрался». В итоге сами американцы стали меня отговаривать от поездки. Я говорю: «Нет, хочу вам в глаза посмотреть!»

— При этом матч за звание чемпиона мира проходил в Нью-Йорке.

— Я мог перенести его, но не стал. Это был матч памяти Бобби Фишера, что я всегда подчеркивал. Хотя ни один американец об этом не говорил. К тому же я обещал американским любителям шахмат, что у них пройдет крупный турнир. Это был мой подарок. Нельзя обижаться из-за каких-то политиканов. Я знаю, что Гарри Каспаров несколько раз ходил в Госдеп и просил включить меня в санкционный список — еще в 2014 году, из-за референдума в Крыму. Но не получилось. А украинскую шахматную федерацию я поддерживаю — даже провел во Львове чемпионат мира среди женщин. Несколько раз встречался с Порошенко, с Кличко у меня теплые отношения. Мы там сейчас вводим шахматы в школах, в 16 парках Киева накрываем шахматные павильоны. Я всегда поддерживаю тех, кто поддерживает шахматы.

— Лично с Каспаровым на тему санкций общались?

— Я делал ему официальное предложение — у меня врагов нет. Когда в 2014 году Каспаров проиграл выборы, я вышел на трибуну и сказал, что готов назначить Каспарова вице-президентом ФИДЕ. Или предложить независимую позицию — курировать международную шахматную академию, программу «Шахматы в школах». А он просто вышел из зала. Это единственный делегат, который меня не поздравил.

Я своим оппонентам всегда предлагал сотрудничать. В 2006-м моим соперником был голландский миллиардер Бессель Кок, с которым в 1990-е Каспаров проводил параллельные чемпионаты мира. Ему я предлагал пост первого вице-президента. Но Кок ответил: я уже старый, 64 года.

— Зачем тогда выдвигался в президенты?

— Он развел такую бурную кампанию, ездил по странам, что я сделал еще одно предложение — создать Global Chess, фонд по развитию шахмат. 50 на 50, я даю 2,5 млн евро — и он дает 2,5. Кок согласился, прислал свои предложения. Компанию мы зарегистрировали в Амстердаме — он там живет. Ни одного своего человека я туда не назначил, все люди — из штаба Кока. Но сам он деньги не положил. Мои проел — и через 2–3 года пришел: «Больше не могу».

***

— Вы сказали, что совершили больше тысячи поездок с 2000 года. КНДР — самая загадочная страна мира?

— Я начал с Южной Кореи. У них за шахматы отвечали три организации, я их объединил. Теперь мы планируем матч: привозим 100 детей из Пхеньяна и 100 — из Сеула, которые сыграют в шахматы на границе между Кореями.

Северная Корея — очень красивая страна. Чисто, спокойно, безопасно. Ким Чен Ын дал им немного либерализации, стал развивать частный сектор. Как в Китае в 1990-х. Мы, например, не могли попасть в дорогой японский ресторан — все места были заняты! Только когда президент корейской шахматной федерации кому-то позвонил, организовали столик. В соседнем зале — караоке и дискотека. Куча такси — а если есть такси, значит, народ может платить.

— Самая большая организационная сложность, с которой вы столкнулись в Корее?

— В Корее есть сложности, но для спортсменов их обещают решить. Вот на границе с Украиной действительно сложности: все мужчины призывного возраста проходят собеседование. Я прилетел во Львов, моего помощника сразу увели. И мне тоже говорят: «Вы сюда с какой целью?». Я отвечаю: «С президентом встречаться». А женщина смотрит на паспорт: «С каким президентом? С вашим?» Нет, отвечаю, еще с вашим. Она удивляется: «Что, снимают уже?»

В Ливии нас бомбили, в Сирии я попал под обстрел. В Ливии мы с министром образования должны были подписать договор по программе «Шахматы в школах». Приехали вечером, я знал, что натовские войска бомбят город, но не думал, что это все в центре города происходит. А они с 9–10 вечера начинали утюжить. Мы остановились в гостинице, хотя нам предложили бомбоубежище. А утром просыпаемся — госпиталь напротив наполовину разрушен! Целились по зданию парламента, но его только осколками задело. В Триполи вообще разбомбили все промышленные и правительственные учреждения.

Каддафи — буддист, верил в реинкарнацию. В последние встречи говорили с ним о переселении душ. Я его спрашивал: «Чего вы не уедете?» Он отвечал: «Кирсан, куда я уеду? Я же приемную дочь потерял». Она под бомбежки тогда попала. За Каддафи охотились — вычисляли по мобильному телефону. Он уехал — а через семь минут в дом, где жила его дочь, прилетела бомба. Погибло человек 15: охранники, повар, нянечка и 10-месячная внучка. Вот Каддафи и говорил: «Я родных похоронил и знаю, что меня убьют. Но свою родину не покину».

А к Асаду я ехал из Ливана. Прилетел в Бейрут — и пол-Сирии ехал на белом BMW. Меня встречал вице-президент шахматной федерации страны. Помощник Асада потом удивлялся: «Чего это небронированную дали?» А на дороге боевики — выходили на трассу и стреляли по всем подряд. Перед нами одна машина загорелась. Сами в кювет улетели, там отсиделись, пока все не стихло. Хорошо еще, что небыстро ехали.

— Как на это отреагировал вице-президент шахматной федерации?

— «Да ничего, бывает». Мне потом на BBC задавали вопрос: почему вы дружите с плохими парнями? Я спрашиваю: с кем, с Каддафи? Извините, Ротшильды — ваши? Меня Натан Ротшильд просил с ним познакомить. Он три дня с ним в Триполи обнимался! И когда Каддафи приезжал в Лондон и покупал оружие на 10 миллиардов, он для вас был хороший. Тони Блэр его принимал.

— Еще один известный любитель шахмат, которого считали плохим парнем, недавно ушел из жизни. Фидель Кастро.

— Кастро — большой любитель шахмат. На центральной площади Гаваны всегда накрывают столы, и мастера дают сеансы одновременной игры. Хочу в следующем году сделать такое на Красной площади. Пару раз в таких сеансах участвовал Кастро, последний — лет 6 или 7 назад. Один гроссмейстер предложил Фиделю ничью — но он сказал: «Нет, иду до конца». А потом они стали играть вместе с мальчиком, который сидел рядом. И еще спорили друг с другом: Фидель идет в атаку — а мальчишка отбирает фигуру. Гроссмейстер говорит: «Вы ходить-то будете?»

***

— Самая эмоциональная встреча в вашей жизни?

— Когда Бобби Фишер заплакал. Став президентом ФИДЕ, я думал, что нужно побеседовать со всеми ведущими шахматистами. Но от Фишера пришел ответ, что он не будет со мной разговаривать, потому что я русский. Я говорю: да я не русский, я калмык! А он еще в 1991 году сказал, что не будет общаться ни с кем из Союза, потому что его обманули. Издательство «Физкультура и спорт» выпустило книгу «Роберт Фишер. 60 памятных партий». По этой книге я учился играть, она переведена на 100 языков мира. Но наше издательство не заплатило Фишеру гонорар. А тираж был 100 тысяч, и ему полагалось по доллару за экземпляр.

Фишер написал письмо Горбачеву — тишина. В 1991-м написал Ельцину — ему отказали, причем не в самой уважительной форме. Когда я об этом узнал, попросил Андрэ Лилиенталя, старейшего гроссмейстера — ему лет 90 было, передать Фишеру: я как гражданин России готов взять этот долг на себя.

Через час раздается звонок: «С вами говорит Бобби Фишер. Наверное, вы меня знаете?» Этот момент — один из самых запоминающихся, Фишер для меня был полубогом. Он говорит: «Мне сказали, что вы готовы заплатить долг Советского Союза. Это шутка или вы crazy man?». Я объяснил, что, с одной стороны, хочу отблагодарить его за вклад в мое развитие, а с другой — просто пообщаться. Он удивился: «Пообщаться со мной? А зачем? Нет, вы действительно сумасшедший, если хотите встретиться с сумасшедшим Бобби».

— Он жил отшельником в Исландии?

— Это позже. А тогда он дал мне свой банковский счет — Будапешт, «Экспорт-Импорт Банк». Я сказал бухгалтеру перечислить деньги. А был вечер, для банковских операций уже поздно. Ночью звонит Фишер: «Вы перечислили деньги?». Оказалось, что нет — утром. На что Бобби отвечает: «Нет, я не верю вашим еврейским банкам! Возьми наличные и привези сюда».

На следующий день я вылетел в Париж — был шахматный вечер с «Диснейлендом». Днем Фишер мне перезванивает: «Еще не вылетели? Я соскучился по русской черной икре. Здесь есть иранская, но мне не нравится. И черного хлеба возьмите». Я прилетел, Эндрю Лилиенталь повез меня в квартиру в центре Будапешта. Супруга приготовила пельмени, огурчики. Я икру достал, налили водочки. Бобби намазывает икру на хлеб и на меня смотрит. Все молча. А я думаю: сейчас отдам деньги — и до свидания. В общем, достаю целлофановый пакет. Бобби останавливается и тем же ножом, которым намазывал икру, разрезает целлофан. Видит там банковскую упаковку: «Тоже евреи?» Потом спрашивает, есть ли у меня друзья среди евреев. А меня предупреждали: про евреев — ни слова. Фишер был ярый антисемит, хотя у него самого отец — еврей. И ненавидел он их, потому что отец бросил мать. В общем, говорю: «Давай лучше про монголов расскажу, про Чингисхана».

— Рассказали?

— Фишер в этот момент достал из пакета 10-тысячную пачку и начал считать: 100, 200, тысяча… А там 10 пачек, и мне улетать в 6 утра! Бобби пересчитал 5 или 6 тысяч. Я молчу, Андрэ Лилиенталь молчит, супруга с пельменями стоит. К счастью, Эндрю нашелся: «Бобби, пока ты считаешь, водка стынет!». А у Фишера под столом была авоська — и вот он всю эту гору денег высыпал в нее. Потом долил себе водки, резко выпил и заплакал. Еще раз налил — и поднялся, чтобы произнести тост: «Меня все время обманывали. А тут впервые человек привез свои деньги!» В Америке же шла программа «Уроки Бобби Фишера», и он не получил с нее ни доллара.

Я на этой волне предложил Бобби сыграть в шахматы. В первой и второй партиях он меня разбомбил, но в третьей и четвертой я посопротивлялся! Для меня как для шахматиста это был верх. После этого Фишер провожал меня в аэропорт. Проходим по залу ожидания — а я не понимаю, почему все на нас оборачиваются. Узнали, что ли? Он еще в кепке шел... Потом смотрю: а у Фишера из авоськи доллары торчат!

— Чем еще запомнился Фишер, кроме той встречи?

— Его в Америке приговорили к 10 годам тюрьмы и миллиону долларов штрафа. Когда стали бомбить Белград, он растоптал флаг и сказал: «Это страна-агрессор». В итоге в Японии его задержали. А до этого я подарил ему особняк в «Сити-чесс». И вот он пишет: «Кирсан, я прошу у тебя политическое убежище в Калмыкии». Самое смешное, что перед этим я просил помочь с визой Далай-ламе — из-за китайцев с этим были проблемы. А тут еще и Фишер!

Бобби, кстати, читал русские газеты. Иногда в разговоре переходил на русский. Рассказывал мне, что выучил наш язык, чтобы стать чемпионом. В детстве он пришел в букинистическую лавку и увидел издание о шахматах. Кажется, «Мою систему» Нимцовича. Спросил: «Что это за язык?» И вместе с книгой купил словарь. Так что совет от Фишера: если хотите стать миллионером, играйте в шахматы, а для этого изучайте русский язык. Я эту историю всегда рассказываю, когда езжу по странам.

— Еще вы говорили, что шахматные фигуры должны весить килограмм. Зачем?

— Тут такая история: шахматы признаны спортом в 150 странах, в 117 входят в олимпийский комитет. А в Великобритании с 1930-х годов приняли поправку, по которой спорт — это то, где есть физические усилия. Я приехал в Лондон, были парламентские слушания. Мы показали парламенту свинцовые шахматы и я сказал: если вам нужны физические усилия, давайте в такие шахматы играть.

До этого мы проводили исследования, доказывающие, что за время партии шахматисты теряют до килограмма веса, напрягаются мышцы рук. Я с Самаранчем много общался по этому поводу. В 1998-м, кстати, он отдал половину олимпийского музея под матч Анатолия Карпова и Виши Ананда. При этом сказал: «У президента ФИДЕ тоже должна быть резиденция!». Собрал бумаги — и оставил мне свой кабинет.

Чуть позже было принято решение, что ФИДЕ должна заключить договор с ВАДА. У нас есть комиссия, которые с утра до вечера мониторит списки запрещенных препаратов и рассылает их в национальные федерации.

Капитан сборной Украины Вася Иванчук один раз не сдал анализы — его чуть не дисквалифицировали. В Дрездене в 2008-м во время шахматной Олимпиады он был в выигрышной позиции, но вместо мата получил мат сам. Вскочил из-за стола — и сбежал. А после матча он должен был мочу сдавать. Я в это время находился на переговорах с немецким министром — и тут мне звонят: «Вася сбежал!». А у меня кот Вася дома, я удивляюсь: «Куда сбежал?». Оказалось, Иванчук. Председатель комиссии говорит: единственное, что его спасет, если в течение часа он найдется. Но Вася мобильным не пользуется. Искали его, искали — нашли в Дрезденской галерее у сикстинской Мадонны. Говорит: а я захотел посмотреть, у Папы Римского шесть пальцев или нет. Знаете же эту загадку — как с улыбкой Моны Лизы? Вася, какие пальцы? Иди мочу сдай!

— Невероятная тяга к знаниям.

— С Васей еще один забавный случай был. Я обычно уезжал с работы в час или два ночи. Снизу звонит охранник: там к вам какой-то шахматист. А в Калмыкии тогда турнир Гран-при проходил, на следующий день игра. И тут заходит Иванчук с кипой книг. Садится, открывает одну из них — как будто мы с ним 5 минут назад разговаривали: «Кирсан Николаевич, я тут не понял по теории пустоты в буддизме…» Я отвечаю: «Вась, ты откуда вообще?» А он вечером зашел в буддистский храм, стал смотреть книги. Там в этот момент лама был — и у них завязалась дискуссия. До 12 ночи! Уже ни такси, ни автобусов. И он пошел ко мне в «Сити-чесс». Я в итоге ему машину вызвал — говорю: «Давай завтра поговорим».

Один раз у него деньги конфисковали на таможне — получил призовые и в карман положил. Ничего не задекларировал. Васю спрашивают: «Есть деньги?». Он отвечает: «Нет». А потом смотрят — 10 тысяч, 20 тысяч, 30… Отобрали, до сих пор вернуть не можем.

Источник https://matchtv.ru/chess/matchtvnews_NI713871_Kirsan_Ilumzhinov_V_Amerike_mne_udivlalis__pervyj_sluchaj_chtoby_sankcionnyj_podozrevajemyj_sam_prishel